Все сказки мира


Краткое содержание: Кондуит и Швамбрания

Л. А. Кассиль
Кондуит и Швамбрания

Главные герои (живут в Покровске): (повествование ведётся от имени автора — я), мать, отец, Оська — младший брат, Аннушка (служанка), Марфуша (слуга), двоюродный брат Митя, земский, директор (кличка — Рыбий глаз), Цап-Царапыч, инспектор, Афонский Рекрут, Фараон, Иосиф, Атлантида, Биндюг, Аркаша (сын кухарки), учитель латинского — Тараканус или Длинношеее, учитель истории «э-мюэ», учительница французского, комиссар Чубарьков, три тётки, военный Ла-Базри-Де-Базан (маркиз), Кириков -человек-поганка (алхимик), Дина (двоюродная сестра).
Кондуит

Мы с Оськой потеряли королеву из шахмат отца, он поставил нас в угол. Мы придумали новую игру: играть в страну — Швамбранию. Потом королева нашлась, но отец к тому времени уже вырезал другую, и мы сделали старую королеву хранительницей швамбранской тайны, заточив её в грот, который взяли у мамы. Так играли мы несколько лет. Страна наша на карте была изображена в виде зуба, а вокруг были океаны. Наша Швамбрания вела войны с Бальвонией и Кальдонией. Я быль царём, а Оська почтальоном, который приносил письма с вызовом на войну. Наша страна всегда побеждала. Все жители страны — мореходы и водники, которые гуляют на Брешке. Самый главный мореход — Джек, спутник моряков, он полиглот. Наш дом мы представляли в виде большого парохода. Отец (доктор)- домашний капитан. Папа — человек хороший, всегда шутит, но когда нам от него попадало, мама (пианистка) служила «глушителем». Отца часто ночью вызывали в больницу. Ездили мы на тарантайке до тех пор, пока отец не сбросил нас в канаву. Оська любил выуживать золотых рыбок из аквариума, а потом хоронить их в спичечном коробке; почистил однажды папиной щёткой кошке зубы, а она исцарапала ему руки. После этого отец купил нам маленького козлёнка, который потом ободрал все обои, изжевал папины брюки, за это его отдали назад. Я читал книгу «Вокруг нас» и узнавал из неё как что делают. Оська знает много слов, но все их путает. Встретился он однажды с попом в парке, которого принял за женщину. А поп рассказывал Оське про бога («а, знаю, Христос Воскрес его фамилия…»). Аннушка (служанка) взяла нас на венчание в церковь, и мы придумали, что Швамбрания — это царство небесное, а попа в нашей стране звали Гематоген. Все начальство мы делили на: жидкое (родители), твёрдое (директор гимназии) и газообразное (полиция и земский начальник). На святки приехал к нам двоюродный брат Митя, которого исключили из Саратовской гимназии за непочтительные отзывы о Законе Божьем. Священный его долг — делать гадости начальственным лицам. В Коммерческом собрании устраивался бал-маскарад, нас тоже пригласили. Митя хочет насолить земскому. Для этого он решил взять с собой Марфушу, костюм которой — большой почтовый конверт с изрядным запасом марок Марфуши. Марфа заняла первое место, за это ей дали золотые часы. Земский ею заинтересовался и захотел узнать, кто она, но её выкрали. После отец сказал, что это была наша служанка, а земский прямо побагровел. Кто-то на крыльцо земского привинтил очень большой бот с письмом: кому подойдёт, та будет земской начальницей. Он понял, что это был Митя, и ему дали выговор. Меня приняли в гимназию («Забрили! Оболванили!»). Лето перед гимназией мы провели на даче. За день до занятий меня обрили наголо, а в первый день гимназии мне вырвали пуговицы. Зашли мы с мамой в кондитерскую и встретили там директора. Нам нельзя было посещать различные увеселительные заведения — сразу попадали в кондуит. Кондуит — книга, где записывались все наши проделки и проштрафы. Называли её ещё «Голубиная книга», потому что у нас были шинели такого же цвета, как голуби-сизяки. Директора мы (кличка — Рыбий глаз) мы очень боялись. Цап-Царапыч всё время следил за нами, чтобы мы выполняли требования кондуита. А вот инспектора любили. Когда мы проштрафимся, он держал нас час стоя, а потом отпускал домой. Раньше в Покровске вместо звонков были проволочные ручки, но доктор провёл у себя в квартире звонок с электрическими батареями. Чуть позже он появился у всех. В шалмане жил Афонский Рекрут — мастер на все руки, который чинил всем звонки. Часто мы заходили к нему, обсуждали книги. Однажды в Народном саду произошла драка, и директор запретил гулять и там. Все гимназисты стали возмущаться по поводу этой истории, но и Оська нашёл выход: в знак протеста срезать все звонки в городе. К Афонскому Рекруту записался весь город, но звонки всё равно срезали. Никто больше себе не ставил, кроме земского начальника, и приставил к нему Фараона, но звонок опять срезали (сын земского и спрятал в руке). Пристав приказал Фараону отыскать воров (за 50 руб.). Фараон даёт взятки, но Иосиф молчит. У Фараона в руках оказался оборванный манифест, в котором было и ФИО земского сына, и он доложил всё директору. Фараон пришёл за Атлантидой, Биндюг сам пришёл к директору. Всех восьмерых исключили. Иосиф пришёл к директору и сказал, что звонки резала вся гимназия + сын земского, и попросил, чтобы нас опять приняли в гимназию. Теперь порядки в гимназии стали жёще, учитель латинского — Тараканус или Длинношеее — особо усердно ставит нам 1 и 2, учитель истории поднимает провинившихся на весь урок, француженка всё время обижается. Как-то я спасался от дворника, бегая по крышам, и познакомился с девочкой Таисой. Я посвятил её в тайну Швамбрании, а она открыла секрет какому-то мальчику. Играем с Оськой в войну, Клавдюша (дочь кухарки) — пленница. Ей пришло письмо от сына, в котором говорилось, что ему отрезало руку, мы очень её жалели. Делаем пакости учителю: взрывается порох под его подошвами, в табаку подсыпали пороха и перца. Учитель пошёл жаловаться директору. Встречаем раненых солдат, дух времени пропитывает нас, Оська носил кольцо от унитаза в дырке с портретом Николая II. Нас с женской гимназией водили в основной городок, чтобы показать примерный бой. Кончается 1916 год. 31 декабря родители пошли к знакомым встретить Новый год. Ко мне в гости пришёл одноклассник Гришка. Пошли мы с ним на улицу и увидели коня в упряжке одного богача и решили покататься. Но конь всё никак не мог остановиться. Тут вышел Цап-Царапыч, и конь как назло остановился. Он сказал, что запишет нас в кондуит и оставит нас после каникул на 4 часа без обеда. Спросил, разрешили ли нам покататься, на что мы ответили «да». Он решил выяснить это, сел на лошадь, она погналась. В это время вышел хозяин и увидел, что лошадь украли, и вызвал полицию. После каникул Цап-Царапыч этот случай не вспоминал. Оська сделал важное заключение: Земля круглая, потому что глобус круглый. Позвонил д. Лёша и сказал, что революция, свергнули царя, и просил передать это родителям. Я вышел на улицу, хотелось кричать всем про революцию. Цап-Царапыч заметил меня и записал в кондуит. В гимназии всем рассказал эту новость. В классе висел портрет царя, и мы всунули в него горящую сигарету. Получилось, что Николай II курит. Через забор передаем записочки в женскую гимназию, они тоже за свободу. Атлантида услышал, что учителя хотят свергнуть директора. На демонстрацию директор не пришёл (сослался на болезнь). Комитет выгоняет директора, в спешке он забывает надеть колоши. Директор пошёл искать помощи у родительского комитета. Пришел директор к секретарю (моему отцу) и встретился с Оськой. Он называет его Воблый глаз. Родители боятся свободы для детей — распустятся. В гимназии отменяют отметки, вместо них: хор., уд., неуд., плохо, отл. Аркаша (сын кухарки) — умный, он стал учиться бесплатно в моём классе. Аркаша влюблён в Люсю (дочь богатой председательницы). Но мать её против. Он осунулся, хуже стал учиться, потом услышал, что нет больше Баринов, и написал ей письмо. Его выхватил учитель, прочитал и осмеял Аркашу перед классом. И тогда Аркаша понял: мир по-прежнему делится на платных и бесплатных.
Швамбрания

Всюду проходили собрания, митинги, мне тоже хотелось в них поучаствовать. Мы собрали кружок бойскаутов и делали добрые дела. Наступил конец кондуита: мы сожгли его вместе с дневниками на костре возле гимназии. Лето 1918 года мы провели в д. Квасниковке, колошматили крапиву и уничтожали поганки, нашли огромный мухомор. За наше отсутствие Брешка изменилась, разгромили винный магазин одного богатея. Нашу гимназию объединили с женской. Мы сами ходили туда и выбирали себе девочек в класс. Ещё к нам прибыли новички из высшего начального училища, но нам они не понравились. Девочки придумали новую игру — «гляделки». По вечерам устраивали танцы и мы смотрели, чтобы мальчики из «Б» класса не танцевали с нашими девочками. В гимназии давали чай с рафинадом, который быль дефицитом. Я таскал сахар домой и клал его как неприкосновенный запас. Я был в столовой раздатчиком сахара. Биндюг предложил сахар, который остаётся, делить на двоих. Я отказался, он подставил мне подножку и я расшиб лоб. Оську взяли в школу, и я учил его, как не быть битым. «Гляделки» позабыты, все увлеклись французской борьбой, и Оська в том числе. Появился у нас новый учитель истории «э-мюэ», нам он понравился. Гимназия наша стала блуждать по всему городу. Мы нагоняем алгебру, учитель остаётся с нами после уроков, родители в шоке. Наш класс предложил классу «Б» помериться силами в алгебре. Готовились перед этим днём до 12 ночи, а ходить можно было лишь до 11, нас патруль забрал. Мы сказали, что ходили в аптеку за касторкой («Б» тоже попались и «ходили за йодом»). Чемпион -Биндюг, наш класс выиграл. Но оказалось, что Биндюг списывал, поэтому славу и сахар поделили на два класса. Комиссар просит нас остаться после уроков и нарисовать плакаты о сыпняке. Хоть есть очень хотелось, но мы остались. После этого комиссар заболел, у него тиф, температура 41. Комиссар поправлялся, но был ещё слаб. Перевели его на квартиру, я приносил ему книги. На стене у него висел плакат, на котором красноармеец тычет пальцем. Я смотрю на него, а он на меня, как будто мы в «гляделки» играем. Принёс ему я свой сахар к чаю, но до меня тоже «постарались» и принесли. Мыс Оськой ввели в Швамбрании смертность, Оська сказал, что на улице какой-то солдат спрашивал у него про Швамбранию. Я думаю, что Оська верит в её подлинное существование. В школе он рассказал про нашу страну, его уверили, что её нет, а солдат спрашивал не про Швамбранию, а про штабармию. К нам приехали три тётки. Одна не выговаривает «р», другая — «л». Они решили взяться за наше воспитание. Мы переехали жить в другой дом. Папа сказал, что люди — жалкие рабы вещей. Дети, научитесь презирать вещи. Мы разбили блюдо, на что папа сказал, что мы вандалы и прежде, чем презирать вещи, надо научиться их беречь и зарабатывать. Мамы не было дома, а в это время забрали пианино. Мама в шоке: под крышкой лежал ценный свёрток с заграничным душистым мылом, а мы к нему добавили и швамбранские документы. Я поехал с мамой «выручать» свёрток. Я сыграл для всех польку, частушки, а мама увертюру из «Князя Игоря». Все были в восторге. Комиссар выздоровел, и его заселили рядом с нами. Оська играл с ним в «Ляпки-тяпки», потом к ним подключился папа. В другую комнату заселился военный Ла-Базри-Де-Базан, которого тётки называли маркизом, в третьей комнате уселась комиссия по борьбе с дезертирством. У нас исчез свёрток с мылом, папа вызвал Чека, свёрток нашли у маркиза, а также обнаружили наши карты Швамбрании, мы вынуждены были рассказать начальнику о нашей стране, что вызвало у него приступ смеха. Мы опять переехали. Наши тётки каждый день водили нас в театр им. Луначарского. Покровск захватило повальное увлечение театром. Открылись даже детские студии, куда нас тоже записали. Папа уехал на фронт, а я в доме остался главным мужчиной. Настали голодные времена. Я за фунт мяса в месяц даю уроки грамоте и счёту. Сахар из моего неприкосновенного запаса едим только по выходным. Мама поменяла ракушечный грот на четверть керосина. В Швамбрании наступил период упадка. Разместилась она в дворце Угря. Мы с Оськой исследовали мёртвый дом и упали в подвал. Кто-то нас схватил. Это был Кириков — человек-поганка, он там придумывал эликсир. Переехала к нам жить и двоюродная сестра Дина, она нам понравилась, а ещё она прищемила тёткам хвосты. Дину взяли заведующей библиотекой. Там мы организовали литературный кружок. Комиссар влюбился в нашу Дину. Папа заболел: у него сыпняк, Атлантида умер. В Швамбранию нам уже скучно играть, мы с Оськой пошли к алхимику. Оказалось, что он делал не эликсир, а простой самогон. Вскоре приехал папа, жёлтый с длинной бородой и вшами. Нашу библиотеку опять хотят закрыть, т.к. нет дров. Мы предложили разобрать Швамбранию (дом Угря) под дрова. Так нашей страны не стало.

Покров переименовался в г. Энгельс. Недавно был в Энгельсе, чтобы поздравить Оську-отца: у него родилась дочка. Оська по-прежнему путает слова. Читаем с ним всем про Швамбранию, вспоминаем детство. В городе всё изменилось. Даже в Швамбрании такого не было.